К счастью, никто не заметил странное поведение новоиспеченного наставника. Обычно ведь коты, которым доверяют обучать молодняк, пляшут от радости и на месте клянутся сделать из малыша самого-пресамого лучшего воина, который и оленя на бегу завалит, и горящую реку перепрыгнет. А в глазах Львиносвета плескалась вовсе не радость, а нечто, напоминающее тревогу.
И страх.
Но соплеменники этого не заметили и, к облегчению золотисто-рыжего воителя, не стали задавать вопросов. Наоборот, отовсюду слышалось поздравительное мурчание, Златоцвет сиял, как серебристая форель, плещущаяся в воде. И первым делом он спросил о тренировках, особенно о поединках.
- Нет! - быстро и резко, чересчур резко ответил Львиносвет. Он старалася изо всех сил вернуться на прежнюю колею, поэтому тут же добавил:
- Научу, научу, но попозже. Сначала нам с тобой нужно переделать уйму других дел!
"Вдруг если я научу его приемам так рано, он тут же подумает, что непобедим? Такое ведь бывает. Пойдет в лес, лису выслеживать или что хуже. Но... но если я ничему его не научу в ближайшее время, лес может быть еще опаснее. Может, начать с обороны? А потом потихоньку перейти к атаке... Не сразу. Златоцвет и так ведь всегда вляпывался в неприятности! С тем горностаем, с рекой, еще потерялся. Или я его вляпывал?"
В сознании маячила тень Ледолапа, ученика, которого он не сумел уберечь. Не сумел заставить слушаться, не убедил в опасности. Что-то в Златоцвете напомнило Львиносвету этого черного котика, и это пугало его больше всего. Златоцвет ведь был не просто его учеником. Он был родным сыном его приемного отца. Его собственным приемным братом. И всегда отличался своенравным характером - такими уж вышли обстоятельства. И был языкастым. А еще посвящен на луну раньше!
"Смогу ли я... смогу ли я стать для него хорошим наставником, будет ли он меня слушать? Что, если полезет зверю в пасть, а я не сумею его остановить?"
Дождь вдруг стал холоднее, холодные капли оседали на теплом, густом меху Львиносвета, а кожа под ним покрылась пупырышками. Львиносвет почти с тоской уставился на Острозвездую, выходившую из палатки вместе со Сталью. Глашатая, наоборот, выглядела уверенной и сильной. С места она предложила ему отправиться в патруль поутру со Златоцветом.
- Я хотел походить с ним вдвоем, - вздохнул Львиносвет. - Для патруля ведь маловато одного воина и ученика. Ладно, я все понял. Златоцвет, мне пора отправляться на Совет. Завтра утром пойдем в патруль, хорошо?
Он взглянул на Острозвездую почти мрачно. Интересно, а почему она не спросила его о наставничестве? Конечно, предводительнице принадлежит право единоличного выбора наставника, но все-таки. Он тряхнул головой, стряхивая капли воды с усов и повернулся к дочкам. Галчонок с энтузиазмом говорила об именах.
- У тебя будет самое грозное имя во всем лесу, - усмехнулся он и, припомнив старый случай, добавил:
- Отрывательница Усов! Ну все, я пошел. Ведите себя хорошо!
Поглощенный своими мыслями, он не услышал разговора об уровне реки и, лишь скользнув по ней взглядом, рассеянно подумал, что вода и не думает опускаться.
"Но ведь реального повода для беспокойства пока нет," - подумал он, выглядывая Острозвездую. Ему вдруг показалось, что поговорить с ней о произошедшем не такая уж плохая идея.
Она ведь... она ведь наверняка не знала, что у него был ученик. И что с ним стало.
- Острозвездая, - оказавшись возле предводительницы, золотисто-рыжий кот взглянул на нее с высоты своего роста, чуть наклонив лохматую голову.
- Я хочу с тобой поболтать по дороге кое о чем.