Квест ИСЧЕЗНУВШИЕ:
- Огнегривая - появиться на главной поляне Речного племени, выступить с докладом вместе с Лисолапой и Мхом;
- Сталь (очередь на главной поляне Грозового племени, Ярозвезд, Лепесток Жасмина, Клыкастый);

Квест ЯДОВИТЫЕ КОРНИ:
• посланцы из Реки должны отправиться в Грозу, Тени и Ветер;


ДЛЯ ВСЕХ В ЦЕЛОМ
готовиться к ЭКСТРЕННОМУ СОВЕТУ;

Коты-Воители. Игра Судеб.

Объявление

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Коты-Воители. Игра Судеб. » Бескрайние степи » Скалистые выступы


Скалистые выступы

Сообщений 61 страница 75 из 75

1

http://savepic.ru/8564572.png
by SkittyStrawberries
***
Это одно из самых опасных мест на территории племени Ветра. Когда-то давно, много лун назад, оруженосцы учились тут цепкости, но после смерти одного из них такие тренировки прекратились. Однако, с недавних пор нынешний предводитель племени Ветра Говорящая с Космосом вновь признала это место как тренировочное. В расщелинах водятся только мелкая живность, в частности, грызуны.
***
- тренировочная зона для старших учеников, под строгим надзором взрослых;
- в одиночку ученикам запрещено ходить сюда;
- на вершине одной из скал устроено орлиное гнездо, обитаемое в основном весной и летом;
- место проведения охоты на мелкую дичь, коей много в расщелинах;


БЛИЖАЙШИЕ ЛОКАЦИИ:
- Вересковые пустоши
- Берёзовая роща (земли одиночек)
- Ручей
- Тренировочный овраг

0

61

=======) вересковые пустоши
Никогда в жизни Львиносвет так не гнал. Словно тысячи собак неслись за ним следом, подгоняя тяжелым, смрадным дыханием. Кровь шумела в ушах, когти взрывали комья снега. Временами Львиносвету казалось, что его лапы едва касаются земли, что он и вовсе не чувствует снега. Он думал об этом отрешенно, механически.
Скорее, скорее!
Он услыхал свирепый клекот и удары о воздух мощных крыльев много позже, чем увидел две огромные фигуры, зависшие над скалами. Мешал грохот крови. Львиносвету показалось, что в багровый цвет окрашивет рассветное солнце и камни... Золотистый резко остановился и задрал голову, пытаясь оценить обстановку. Он заметил ученика Шторма, Рыселапа, замершего у края поляны и обездвиженного страхом. Орлы не обращали на него ровным счетом никакого внимания, с гневными криками летая возле скал.
"Где остальные?" - пронеслось в голове у Львиносвета. Спустя мгновение сквозь заслон орлиного клекота он услыхал котячье мяукание, а еще через секунду увидел кровь на скалах. Это были не только рассветные лучи... Но нигде не валялись трупы учеников, значит, они все живы. Забились в трещины где-то ближе к орлиному гнезду - огромному, состоящему из мощных веток, грозно величественному.
Львиносвет глянул на орлов, на врагов, с которыми ему предстоит расправиться. Цапля говорила, что орел способе убить кота, если тот не будет осторожен на пустоши. Сказала, что орлы - одна из самых больших опасностей в степи. Львиносвет впервые видел этих могучих птиц и, нужно сказать, они произвели на него неизгладимое впечатление. Под крылом орла-самца могли спрятаться несколько котов, прижавшись друг к дружке.
Как Ледолап мог даже помыслить о том, чтобы лезть на эту скалу?! Львиносвет же ясно сказал ему, чтобы он не приближался к ней! Впервые за все время наставничества золотистому захотелось отвесить своему оруженосцу здоровенную затрещину. В первую очередь даже не потому, что Львиносвет злится, а из-за того, что он попросту испуган за жизнь этого взбалмошного черного котика. Нельзя позволить ему оставаться таким безрассудным! Ладно, вот сейчас Львиносвет переломает орлам крылья, хвосты, ноги - что там еще у них есть - а потом поговорит с Ледолапом. И золотистый с шипением рванулся к камням. Шторм озвучил его собственную мысль, Львиносвет не утрудил себя даже кивком. Сначала нужно отвлечь, чтобы ученики смогли выбраться. А уж потом запустить когти в перья.
Он едва не врезался башкой в камень, когда Шторм издал тот дикий, невыносимый крик. Дерьмо, в самом страшном сне Львиносвет и представить не мог, что кот способен издавать такие звуки!
- ПРЕДУПРЕЖДАЙ! - рявкнул он не своим голосом, с неподдельным огнем бешенства глянув на Шторма. Да сколько еще в нем секретов?! Эдак и заикой можно остаться! Рыкнув сквозь зубы и с удивительным для такого здоровяка проворством прыгнув на первый камень, Львиносвет заорал:
- Лети сюда, сволочь! Ты, курица с покореженными крыльями, твоя мамаша снюхалась с индюком, твой папаша был обедом Двуногих, его кости обглодали собаки!!! - ему было плевать, понимают орлы его слова или нет. Главное было достигнуто, внимания орлов он, несомненно, своим ревом привлек.

Отредактировано Львиносвет (15-02-2014 00:04:51)

+1

62

--- Главная поляна

Воздух обжигал лёгкие. Взявшая своё зима для кошки словно перестала существовать. Сейчас, когда жар охватывал всё тело, было ощущение, что на дворе самый пик сезона Зелёных Листьев. Только мир вокруг кто-то зачем-то выкрасил в белый. Так быстро Цапле ещё не приходилось бегать.
Впрочем, нет. Проблема была не в скорости. В конце концов, кролики - это вам не черепахи, и погоняться за ними приходится. Дело в расстоянии. Сейчас ей надо было преодолеть довольно значительную дистанцию максимально быстро. Поэтому ничего удивительного, что сердце пытается выскочить через рот, а лёгкие грозятся свернуться трубочками.
А впереди уже можно разглядеть на фоне тёмного неба ещё более тёмные силуэты орлов, расслышать злой птичий клёкот и вопли котов, отличающиеся, насколько могла разобрать сейчас Цапля, не столько испугом, сколько злостью. И большой образностью. А так же голосом, который принадлежал вполне определённому коту.
"Львиносвет... никогда бы не подумала, что он может так ругаться", - отстранёно подумала Ветряная, стараясь не сбиться с шагу.
Если она сейчас остановится, то дальше, пожалуй, уже не сдвинется. Нагонят и накроют страх и усталость, а надо ещё добраться до подножия скал, вздымающихся всё выше и выше из-за горизонта, помочь соплеменникам, сцепиться с орлами...
В этом кроется вторая, куда более значительная часть проблемы. Мало добежать до нужного места. Нужно ещё драться.
Бег наконец вынес кошку к скалам, у подножия которых метались три кошачьих фигуры. Шторм, Львиносвет и один из учеников. Мозг отмотал картинку немного назад.
Львиносвет. Взгромоздившийся на камень и кроющий орлов на чём свет стоит...
- СЛЕЗЬ ОТТУДА! - взвизгнула Цапля так, что перекрыла очередной его эпитет, предназначенный птицам.
Не так. Не торчите, как столб, на одном месте. Не бросайтесь на них в лобовую атаку. Они сильнее и быстрее, особенно когда камнем падают вниз, выставляя вперёд когти, способные разорвать кота на куски. Будьте в движении. Не позвольте им ухватить вас сразу. И атакуйте сбоку или со спины, когда гордые и стремительные птицы - слишком гордые, чтобы трусить, слишком стремительные, чтобы свернуть, перейдя в бросок - окажутся в зоне доступа ваших когтей.
Жалко только воздуха в лёгких не осталось, чтобы быстро объяснить эти простейшие принципы, понятные любому Ветряному ученику двум лесным котам.

+1

63

Проклятые котишки успели сигануть вниз, в расщелины. Орлиные когти лишь скользнули по кошачьей шкуре, не причинив ощутимого вреда. Беко издал негодующий вопль и в бессильной ярости царапнул когтями камень. Нгату тем временем взволнованно осматривала яйца - не причинили ли эти комки шерсти вреда ее сокровищам? Но те лежали ровно, блестя нежно-бежевой скорлупой, и у орлицы отлегло от сердца. С холодной яростью повернулась она к расщелинам, намереваясь во что бы то ни стало выкурить оттуда котят и показать им, что случается с теми, кто покушается на детей покорителей воздуха.
Но сделать супружеская чета ничего не успела. Появились еще коты, сначала всего двое. Они были крупнее мелких оруженосцев, но все равно не больше могучего крыла Беко. Один из них, полосатый, возовопил так, что у Нгату заложило ушные отверсия. А ведь их прикрывал слой перьев, чтобы воздух при полете не свистел! Орлица раздраженно щелкнула клювом. Второй, рыжий, запрыгнул на ближайший камень. Полосатый сделал то же самое. Они угрожают им! Прикованные к земле, несчастные и жалкие, они угрожают им, орлам. Беко был молод, его супруга была молода, но они готовы были сражаться за свое потомство. И за свою жизнь, если придется. Нгату уловила, что рыжий болтал что-то более определенное, чем полосатый - тот просто выл.
И что-то подсказывало обоим орлам, что рыжий явно не комплименты расточает.
Нгату с Беко переглянулись и, оттолкнувшись могучими крыльями от воздуха, ринулись стремительным камнем на врагов. Они уловили какое-то движение - на поляну выскочила еще одна кошка, куда мельче остальных. Нгату, как самка, была крупнее своего супруга, поэтому она решила заняться сразу двумя. Беко справиться с полосатым котом. У кота есть только зубы и когти, он прикован к земле. Он может схватить Беко за шею, может за крыло, но Беко будет полосовать его своими страшными когтями, бить в затылок острым клювом. Рыжий тоже не представляет опасности. Да, они смогут отбить нападение, смогут защитить свое потомство. Они не убегут.

Кубики на орлиные атаки.
Нгату.
Сила: 3
Возможность Львина увернуться: 1 + 1 (бонус за опыт)
Беко.
Сила: 4
Возможность Шторма увернуться: 2 + 2 (бонус за опыт)
Итог:
Нгату крепко ударяет Львиносвета когтями по ушам и левому плечу, увернуться молодой кот не успел.
Беко тоже доставляет Шторму неприятности, но тот смягчает сокрушающий удар когтей и клюва, успев увернуться.

0

64

Сверху никто не свалился, только Львиносвет обернулся и проорал что-то явно нелестное. Что именно - Шторм разобрать уже не успел, орлы их заметили и оценили старания. Две громадные птицы скользнули по воздуху к котам, занимая выгодную позицию прямо над их головами. Полосатый воин ругнулся сквозь зубы, он никогда не видел охоту орлов, но догадывался, как она должна происходить. Камнем с большой высоты, выставив перед собой огромные острые когти. Если попадешь между ними - пиши пропало, вырваться уже не получится. Поднимут и скинут, падать будет недолго, но больно.
Чужой голос дернул Шторма вбок, он не понял, к кому относится выкрик. Обернулся, увидев серую кошку племени Ветра, выскочившую из-под прикрытия деревьев. Цапля кинулась ближе к Львиносвету. Цапля... Одна. Это и есть все их подкрепление? Похоже, да.
"Твою налево..."
Додумать мысль кот не успел. Орлы напали абсолютно беззвучно, прямо сверху, а он в этот момент отвлекся на Цаплю. Какая сила бросила тело вперед и влево, Шторм так и не понял, но страшные когти щелкнули вхолостую, лишь немного зацепив спину. Едва поджившие шрамы от веток обожгло болью, но полосатому воину в этот момент было не до боли.
Огромный орел, поднимая в воздух снежную пыль, с клекотом взмахивал крыльями, пытаясь оторваться от земли и повторить атаку. Только сейчас Шторм смог в полной мере оценить размер и силу этих птиц, он целиком мог уместиться под одним только орлиным крылом, и еще место бы осталось. Когти летающей громадины оказались куда больше кошачьих, собачьих или даже волчьих... И куда острее, судя по всему. Каждое движение отдавалось в спине, даже легкое прикосновение распороло кожу через шерсть.
Шторму еще никогда не приходилось драться с большими птицами. Индюки не в счет, они и близко не стояли с этими летучими машинами смерти, даже по размеру. Но все равно, орел - птица. Просто птица, хоть и очень большая.
"Очень большая птица. И слабые места - там же. Сдохни!"
С удара орлиных когтей о землю прошло не больше секунды до того момента, как Шторм перешел в контратаку. Бить в лоб - самоубийство, обходить нет времени. Единственным решением представлялось проскочить под огромным крылом, прикрываясь им же от орлиного клюва, и вцепиться в самую слабую его точку на сочленении.
Так он и сделал. Где-то неподалеку раздался свист крыльев второго орла, напавшего на Львиносвета. Где была Цапля, Шторм вообще не представлял, мир сосредоточился для него на цели атаки. Проскочить клюв. Развернуться быстрее, чем это сделает неповоротливая птица. Впиться зубами и когтями в сустав крыла, закрывшись им же от смертоносных когтей и клюва орла. Выжить и выиграть бой. Все.

Отредактировано Шторм (16-02-2014 23:18:28)

+1

65

Используется Точность


- Дрянь, дрянь, дрянь...
Каким-то чудом ему удалось всё-таки добраться до расщелины. Ватный туман, заволокший голову, и искорки, выплясывающие перед глазами, отступили - но порадоваться этому единственному относительно хорошему событию за последние минуты Ледоглазу было некогда. Сейчас, прислушиваясь к недовольному клекотанию снаружи, он был не в восторге от своего довольно близкого к выходу расположения. Не то, чтобы он предпочёл предоставить своё место кому-нибудь другому, просто чёрный был бы не против сейчас этих "других" утрамбовать поплотнее и отодвинуться подальше от опасной щели, ведущей во внешний мир.
Внешний мир, как-будто мало ему было всех предоставленный до сих пор потрясений, разразился внезапно громким воем, к которому можно было бы так же подобрать прилагательные вроде "дурной" и "неопознаваемый". Ледоглаз вздрогнул, с опаской уставившись на выход - не собирается ли неизвестное воющее существо забраться к ученикам? Но вслед за воем раздались громкие вопли. Чёрный прислушался. Голос определённо был знакомым.
- Львиносвет...
Ледоглаз обернулся на товарищей по несчастью. От его обычной холодной сдержанности не осталось и следа. Ученика ощутимо трясло, выражение голубых глаз словно заклинило на растерянном испуге, хвост извивался чёрной змеёй, а ухо трепыхалось, словно позабытая в штормовой день тряпка. Часть рассудка - наиболее ясно осознающая, в какую неприятную и вонючую штуку ученики ухитрились вляпаться - выла, плевалась и билась в истерике. Другая, смерив задумчивым взглядом свою товарку, отодвинула её в угол и взяла бразды правления в свои руки. Побиться в истерике можно будет потом.
А сейчас надо выкарабкиваться. Там, снаружи, Львиносвет. И орлы, судя по хлопкам крыльев, устремились вниз, оставив пока что основных нарушителей в покое. Значит, стоит воспользоваться моментом и слезть с этой трижды проклятой скалы!
- Вылазим, - коротко прохрипел Ледоглаз, не столько из-за ставшей привычной неразговорчивости, сколько из-за нежелания тратить сейчас душевные силы на длинные речи. - И вниз.
Он дёрнулся, заставляя лапы шевелиться, и вывалился из щели, послужившей ученикам убежищем. Огляделся, быстро мотнув башкой вправо, влево, затем вскинув взгляд вверх... и лишь потом опустив его к земле, туда, где у подножия скал орлы атаковали нескольких котов. Одна из птиц, на вид немного поменьше своего сородича, бросилась на полосатого воина. Ледоглаз перескочил на камень ниже, с трудом удерживая равновесие. Оставленные орлами раны этому по мере сил пытались помешать, вынуждая контролировать буквально каждое движение мышц, да же, о которых обычно и не задумываешься. И желательно шевелиться с достаточной скоростью. Вот полосатый отскочил в сторону, уходя из-под удара выставленные вперёд когтей, а затем перешёл в атаку. Ученик прыгнул на новый валун, ещё пониже и чуть вбок. Сцепившиеся кот и орёл расположились довольно удобно, прямо под нынешним его "насестом". Бьющаяся в истерике часть, сообразив, что собирается делать её сестра, попыталась собраться и перехватить управление, не желающая делиться контролем товарка сердито огрызнулась... брошенные на миг лапы поехали по обледеневшему камню, и гибкое чёрное тело сорвалось в пустоту, где дном и целью выступал яростно сражающийся за жизнь и детей комок перьев, когтей и клёкота.
"Мама, мама, ма-ама-а..."
Ледоглаз выставил вперёд лапы с выпущенными когтями. Теперь уже пути назад нет. Свалиться на спину, ошеломить, оглушить, прибить к земле, вцепиться в плоть, скрытую перьями... Из горла рвётся крик - хотело бы думать, что воинственный, но скорее уж испуганный - но его надо сдерживать внутри. Сейчас у кота есть преимущество неожиданности, не стоит его терять.
"Дря-ань!.."
В следующий миг он приземлился. Или будет точнее сказать - приорлился. А так же практически оглох и ослеп. Под лапами были перья и ходящая ходуном спина, вокруг - даже над головой - яростно хлопающие крылья. По ушам бил сердитый клёкот. Орёл был мягким - во всяком случае, мягче, чем камни, что могли оказаться на его месте, но удар от столкновения всё же был заметным, выбив воздух из лёгких и глухой болью расплываясь по лапам и груди. Практически не разбирая ничего в окружающей мешанине перьев и движения, Ледоглаз впился когтями в противника. А вот теперь можно позволить себе придушенно испуганно взвыть.

0

66

Коты только повернули к ней головы, а орлы в небе уже обратили внимание на новых "гостей". И не замедлили атаковать. Полосатый увернуться успел, а вот золотистому повезло не так. Цапля не особо долго колебалась, выбирая между двумя птицами. Во-первых, Львиносвет и атаковавший его орёл были ближе, во-вторых, она выглядела крупнее, и, в-третьих, рыжему досталось крепче, так что подмога ему не помешает.
Ну, кажется, он, по крайней мере, жив. Только надолго ли? Орлица, нанеся один удар, уже понимается в воздух, готовясь ко второму.
"Нет, не стоило давать ей подниматься!.."
А вот глядеть себе под лапы надо бы. Особенно если несешься, хорошенько разогнавшись, по обледеневшим камням, под бдительными взорами двух орлов, а конечности у тебя и так уже гудят от напряжения. Вот только осознаёшь это уже когда земля уходит из-под ног и несётся навстречу носу. Цапля успела зажмуриться, вжать голову в плечи и сгруппироваться. К счастью, падать во время бега во весь опор её научили сразу же после того, как научили до этого самого "всего опора разгоняться".
- Пхе?
Серая кошка пару раз кувыркнулась, протаранив оказавшийся на дороге сугроб, попыталась быстро вскочить на ноги, силясь одновременно отплеваться от снега и разлепить запорошенные им глаза, чтобы сориентироваться на местности.
"Да уж, хороша спасительница..."
Сквозь быстро тающий снег на морде, Цапля кое-как различила окружающий мир. Мир не радовал, особенно та его часть, что обладала острыми когтями и клювом и, похоже, заинтересовалась растянувшейся в сугробе кошкой.

0

67

Сквозь завесу гнева и жажды боя Львиносвет расслышал знакомый голос. Цапля! Выходит, Стеблелап домчался до лагеря! В этот миг Львиносвет был готов возносить до небес быстроту урожденных котов пустоши. Он рывком обернулся, чтобы посмотреть, кто пришел вместе со светлой воительницей. И растерянно округлил глаза - она была одна! Неужто остальные воители остались глухи к просьбе о помощи? К тому же, это их прямой долг - помогать соплеменникам! Огромные птицы тем временем оставили скалы в покое и ринулись на воителей. Львиносвет задрал голову, на мгновение темные острые перья заслонили небосвод, окрашенный кровавым рассветом, и золотистый воитель инстинктивно сжался в комок, защищая глаза и горло и попутно стараясь увернуться от мощнейшего удара королевы воздуха.
Уфф!
Это было больно. Левое ухо орлиные когти разодрали напрочь, кровь стекала по щеке рыжего воителя, в плече и загривке нещадно пульсировала боль. Но в тот момент, когда Львиносвет с рыком вскочил, чтобы нанести ответный удар, орлица взмыла в воздух, оказываясь вне предела его досягаемости. Яростно выругавшись сквозь зубы, рыжий воитель низко зарычал и напряг задние лапы, напряженно следя за смертоносной птицей и готовясь отпрыгнуть в любой момент. Пусть только подлетит поближе, и у нее убавится красивых перьев! Молодой воитель уже не чувствовал страха, он был предельно сосредоточен на схватке, свирепая отвага сверкала в янтарных глазах. Но орлица внезапно перевела взгляд за его спину. Львиносвету так и подскочил на месте, но полоснул выпущенными до боли когтями лишь воздух. Резко обернувшись, он увидел Цаплю, которая явно бросилась к нему на помощь, но поскользнулась на снегу и вбухалась в сугроб. Именно ее-то орлица и избрала своей добычей и, уверенно рассекая воздух, полетела к юной кошке. Легкой, открытой добычей.
С быстротой тигра, преследующего жертву, Львиносвет метнулся в ее сторону как раз в тот самый миг, когда орлица нависла над Цаплей. Она была отвлечена, поглощена, ну а Львиносвет, взбудораженный этой ошибкой, сделал стремительный рывок. Он обрушился всей массой своего тела на птицу, вонзая когти в могучее крыло, цепляясь за предплечья. Пасть набилась перьями, но куда упоительнее был вкус крови.

0

68

Нгату оцарапала рыжего котишку и взмыла в воздух, чтобы прикованный к земле зверь не смог ее схватить. Она видела бешенство и кровавую ярость в его глазах, а потому решила не рисковать. Но позади объявилась еще одна кошка! Она немного напрягала орлицу, наблюдавшую за Цаплей внимательным взором черных глаз. Когда светлая помчалась вперед, орлица не смогла устоять. Спустя мгновение Цапля, не удержавшись на собственных лапах, врезалась в сугроб и, потеряв равновесие, плюхнулась мордой в снег.
Против этого искушения орлица не смогла устоять. Кошка будет легкой добычей! У нее и Беко будет сегодня славный пир! И юная орлица, позабыв про Львиносвета, полетела в сторону Цапли. Она уже заносила когти над воительницей, чтобы метким и точным ударом в горло прикончить ее, как вдруг сзади что-то тяжелое навалились на нее, и впервые Нгату почувствовала холод снега. Острые когти вцепились в ее перья, крылья... Проклятый кот! Нгату издала пронзительный клич и, извернувшись, попыталась сбросить с себя рыжего. Но она смогла лишь чуть-чуть оцарапать его заднюю лапу длинными когтями. Нгату забила крыльями, а рыжий все сильнее прижимал ее к земле...
Беко тем временем охотился за полосатым. К несчастью, тот почти увернулся от его атаки, нырнул под него и вцепился в крыло. Беко от ярости щелкнул клювом. Проклятые твари! Из-за слепого бешенства он почти не чувствовал боли. Лишь желание отомстить и повергнуть в прах котишек. Титаническими усилиями он вырвался из кошачьей хватки. И тут произошло нечто странное. Молоденький котенок, который всю схватку просидел возле кустов, вдруг ринулся вперед. Вон он, распушив шерстку, бросился прямо к орлу, прямо под его когти... Беко был настолько взбешен и разъярен, что сила и ненависть его удвоились. Плевать на все! Он со всей тяжестью, стремительно, ловко, быстро - никто из котов и сделать ничего не успел - ударил Рыселапа когями по горлу. Брызнула кровь. Беко мрачно заклекотал и обратил взор на взрослого кота, потемневший, полный ярости.
"Ты пришел забрать мою жену и моих детей? Но никто не уходит безнаказанно с Орлиного утеса!"
Жизнь за Жизнь. Беко чувствовал, что он и его супруга погибнут в этой схватке. Но он был орлом, а орлы умеют уходить красиво. Он не собирался, подобно мелким птицам, жалобно скулить и пытаться вырваться от страха. Его левое крыло - то самое, в которое вцепился Шторм - уже начинало гореть пламенем. Его супруга, красавица Нгату, королева поднебесья, терпела поражение. Беко хотел бы увидеть, как его наследники, гордо расправляя крылья, устремляются ввысь.
Но этому не суждено случиться.
На Беко обрушилась тяжесть. Орел едва не зарылся клювом в холодный снег. Его вновь обуяла ярость. И он попытался извернуться, дабы сбросить Ледоглаза.

Броски кубиков.
На атаку Львина была шестерка. С Нгату фактически покончено - Цапле остается разорвать ей горло, только пусть остерегается клюва! Клюв еще может нанести раны.
Теперь Шторм.
Сила удара: 1 (+2), итого три.
Возможность Беко увернуться: 3.
Итог известен - орлу удается вырваться, но крыло значительно помято, лететь высоко он не может.
Бросок кубика на возможность Беко вырваться из захвата Ледоглаза - 6.
Итоги: Беко значительно помят, в воздухе он держится неровно - вернее, еле держится, на его плечах и спине раны, оставленные когтями Ледоглаза, что значительно мешает ему взлететь выше. Он совсем невысоко над котами, те с легкостью его достанут.
дальнейшее без кубиков.

0

69

Орел отчаянно бил крыльями, силясь вырваться из зубов Шторма. Чем больше величественная птица сражалась и пыталась вырвать крыло, тем сильнее кошачьи клыки калечили сустав, елозя по нему. Когда тебя жуют заживо - это неприятно, и орел громко кричал от злобы и боли. Или только от злобы... Шторм один раз случайно столкнулся со взглядом птицы, мотаясь мертвым грузом на крыле, и ничего, кроме слепого бешенства, там не увидел.
Ярость придала орлу сил, и он с особым остервенением замахал крыльями. Даже то крыло, в которое вцепился Шторм, птица ухитрилась раскрыть, и полосатый воин повис в воздухе, пытаясь удержать равновесие, мотая из стороны в сторону хвостом. Орел пытался дотянуться до него клювом, но Шторм был проворнее, и смертоносный крюк щелкал в воздухе вхолостую.
Боли уже не было, ее напрочь заглушило ощущение битвы. Уже много лун полосатый кот не чувствовал себя таким живым, как сейчас, сражаясь насмерть с таким опасным врагом. Орел был страшным противником, и дрался яростно, но он все же был слабее. Шторм чувствовал это по яростному клекоту, по биению крыльев. Орел гневался - и он боялся. Король поднебесья уже явно начал понимать, что ему не пережить этот день, и ощущение неизбежной смерти отнимало у него силы.
Когда птица в очередной раз взмахнула крыльями, в глотку Шторма наконец хлынула теплая кровь. Сустав лопнул, был исковеркан кошачьими зубами, но орел, будто не замечая дикой боли, рванулся с особенной мощью, и полосатого кота отбросило в сторону. Сила удара была такова, что Шторм не удержался на лапах и рухнул животом на снег. А орел, клекоча и визжа, перекособочась и подметая землю искалеченным крылом, взлетал. Хотя знал, что наслаждаться небом ему осталось недолго.
Когда серая фигурка отделилась от деревьев и кинулась к бьющей крыльями птице, Шторм понял происходящее только через секунду.
- РЫСЕЛАП, НАЗАД!
Он все равно крикнул, все равно рванулся изо всех сил, превзойдя даже свой предел. Задние лапы обожгло болью - где-то не выдержали такого напряжения сухожилия. Но Шторм прошел в своей жизни слишком много битв, он слишком хорошо умел видеть расстояния. Кидаясь на помощь своему оруженосцу, призывая его отступить, он уже видел, что Рыселап обречен. Спасти его могло только чудо.
Чуда не произошло.
Красная кровь хлынула из разорванного горла, растекшись цветком по снегу.
Шторм не видел глаз Рыселапа в момент смерти, он был слишком далеко, но знал, как они выглядят. Удивленный, изумленный взгляд. Он видел такие глаза много раз.
Когда тело Рыселапа рухнуло на снег и покатилось по нему, отлетев от удара орла, время для Шторма вернулось. Орел повернулся к нему, с явственным вызовом в черных глазах. Он, наверное, должен был почувствовать горе, или страх, или сочувствие. Или гнев. Шторм не чувствовал ничего.
Ни когда еще одна маленькая фигурка рухнула на орла сверху, прижимая его к земле. Ни когда птица яростным рывком вырвалась и все-таки смогла взлететь в воздух, направившись к Шторму. Ни когда вставал в стойку для последнего удара.
Орел летел низко, над самой землей. Даже не летел, а почти отталкивался крыльями и лапами от земли, как курица, которая пытается забыть о том, что не может подняться выше. Но Шторм не видел в этом ни смешного, ни страшного, ни гордого. Его бирюзовые глаза помертвевшим, остановившимся взглядом следили за приближением птицы.
Приблизившись, орел стал разворачиваться, пытаясь выставить вперед смертоносные когти. И в этот момент Шторм оттолкнулся от земли, на долю секунды взметнувшись в воздух. Не в обход, безо всяких хитрых приемов - в лоб.
Орел клюнул, крючковатый клюв пропахал морду Шторма от носа до уха. Боли не было. Хлынула кровь, заливая глаза, нос, рот. Но видеть и чуять полосатому коту уже не было нужно, его когти были на полпути к орлиной шее.
Они рухнули на землю вместе. Орел пытался еще свести на брюхе Шторма слабеющие когти, пропоров кожу, но не живот. Когти самого Шторма застяли в птичьей шее, покрытой толстым слоем перьев. Полосатый кот смотрел на попытки орла нанести хотя бы последний удар несколько секунд, а потом рванул когти. Кровь фонтаном хлынула из раны, заливая и орла, и кота, смешавшись с его собственной кровью из раны на морде.
Когда Шторм скатился с убитого орла, он был залит кровью с лап до головы, правый глаз остался закрыт, а левый потух, лишенный эмоций. Львиносвет и Цапля где-то в другом мире вдвоем приканчивали орлицу. Ледоглаз, это он рухнул на орла сверху, поднимался на лапы. Шторм, волоча по земле хвост и подволакивая лапы, подошел к серой кучке меха.
Все, что осталось от его ученика. От того, кого он так и не научил сражаться. Так и не передал ему искусство драться до конца. Но, похоже, ему и не нужно было это искусство. Шторм опустил голову и зарылся в серый мех. В когтях Рыселапа подрагивало орлиное перышко. Все-таки успел... Полосатый кот выдавил жалкое подобие улыбки.
Наверное, стоило что-нибудь сказать или хотя бы подумать, пожелать Рыселапу доброй дороги в Звездное племя, или хотя бы показать, как он гордится первым и последним боем своего ученика, но у Шторма не было сейчас ни слов, ни мыслей. Только какое-то почти забытое чувство из той, прошлой жизни.

Отредактировано Шторм (17-02-2014 23:03:07)

0

70

Орёл под лапами яростно бился, не то стараясь освободиться, не то слестнувшись с кем-то там, внизу. Ледоглаз не мог разобрать, что происходило там, за орлиными крыльями - он с трудом-то осознавал происходящее с самим собой. Сейчас, например, он явно съезжал с чужой спины. Медленно и, пожалуй, весьма болезненно для орла - стараясь уцепиться когтями, кот сильнее царапал ему спину, выдирал перья, но приближающегося падения остановить не мог.
"А насколько мы сейчас высоко?"
Как выяснилось, не слишком. Новый полёт, последовавший за тем моментом, когда ученик всё-таки свалился со спины хищной птицы, оказался куда короче предыдущего. К тому же, его смягчил сугроб. Ледоглаз вынырнул из снега и вскинул взгляд на орла. Тот поднялся было в воздух, раскинув крылья, но тут же рухнул обратно. Стычка с котами не прошла для него бесследно. Что ж, оно, пожалуй, и к лучшему. Не стоит оставлять на равнине птиц, взбешенных бесшабашной атакой котов. Мирно ужиться с посторонними хищниками можно тогда, когда не обращаешь на своих соседей внимания, а они отвечают тебе тем же. Но стоит только чему-нибудь нарушить равновесие... получается как с падением в пропасть. Когда шаг сделан, вернуться назад нет шансов. Всё упирается в то, кто же всё-таки останется лежать на земле.
Ледоглаз не столько выбрался, сколько вывалился из сугроба на менее снежную поверхность. Встряхнул головой, вновь поднялся на лапы. Но его помощь, похоже, уже не требовалась. Ученик успел заметить, как полосатый Шторм бросился на орла, не обращая внимания на клюв и когти.
И всё закончилось.
Чёрный оглянулся туда, где совсем недавно слышал гневный клёкот второй птицы. Но та уже неподвижно распласталась на взрыхлённом, залитом кровью снегу.
Всё действительно закончилось.
Для кого-то навсегда. Взгляд наткнулся на замершее кошачье тело, над которым застыл Шторм. Серая шкурка, пушистый кроличий хвост...
"Рыселап!"
Ледоглаз оскалился и зашипел, резко дёрнул голову туда, где спускались со скал остальные участники этой сумасшедшей затеи. Злой взгляд остановился, наткнувшись на зачинщика похода. Ледоглаз медленно моргнул. Всё это безумие... Оно заставило его ожить. Как снег, укрывший нынче землю, заставил вспомнить детство и почувствовать себя котёнком, так орлы позволили ему почувствовать себя воителем. Настоящим, сражающимся за своё племя и своих соплеменников, за свою жизнь. Вот только жизнь воителя и битвы, сквозь которые он проходит, оставляют не только шрамы.
В открывшихся глазах не было злости. Взгляд вновь подёрнулся тонкой коркой льда, закрывающего от страшных внешних опасностей хрупкий внутренний мирок. Ледоглаз сел, съёжившись и пытаясь укрыть от ветра лицо. Огнём горела расцарапанная спина. Быстро наливалась болью позабытая на время схватки рана на плече. Гудела голова, жалобно ныли отбитые при падении кончики лап, грудь на слишком резкие вдохи отвечала предупреждающим всплеском глухой боли. Было холодно. А внутри сейчас - пустота, уже знакомая, хотя, может быть, и не такая страшная, как в прошлый раз.
- Пойдёмте домой, - глухо произнёс чёрный, не смотря ни на кого из соплеменников.

Отредактировано Ледоглаз (18-02-2014 12:23:52)

0

71

Кошка всё-таки сумела вскочить, рванулась в сторону, отчаянно понимая, что не успевает уже. Летящая на неё орлица выставила вперёд когти, готовая вцепиться в серую шкуру. Как вдруг её полёт сбился. Птица рухнула на землю.
Цапля растерянно моргнула. Не каждый день можно мысленно приготовиться к смерти, а в следующий момент наблюдать бьющегося на снегу орла, которого на земле удерживает всего один кот. Ветряная вообще не представляла, что кот может такое сотворить.
"А он действительно сильный..."
Львиносвет и орлица кружились на земле, сцепившись намертво. Птица не могла ни подняться в воздух, ни достать удерживающего её кота, а Речной - и серая эта прекрасно понимала - никак не сумеет разжать пасть, не дав орлу необходимую для взлёта свободу. Цапля, вцепившись напряжённым взглядом в мотающуюся из стороны в сторону в попытках достать противника пернатую голову, медленно двигалась вперёд, всё сильнее с каждым крохотным шагом припадая к земле. На сей раз она не торопилась. Это была неспешность сжимающейся пружины. Мгновения подготовки, растягивающиеся сейчас, в пропитанном кровью, злостью и болью воздухе, для того, чтобы перейти в стремительное движение, когда наступит нужный момент...
Например, сейчас.
Кошка прыгнула. Орлица, похоже, успела заметить движение, дёрнула головой, надеясь перехватить вытянувшееся в прыжке серое тело. Но правильно подобранный нужный момент заключается в том, что ты достигаешь своей цели, невзирая на препятствия и опасность. Острый клюв впился в спину, оставляя на серой шкуре длинный алый след, но Цапля уже вцепилась в птичье горло. Теплая кровь потекла по шерсти, но куда больше её хлынуло в пасть из прокушенной артерии, заливая нос, глаза, морду, грудь. Злой клёкот над головой стал тише, быстро превратился в булькание, сопротивление птицы ослабло, а вскоре вовсе сошло на нет.
Отчаянно фыркая и кашляя, кошка разжала челюсти и отскочила в сторону. Кровь - это, конечно, вкусно, но не тогда, когда она хлещет тебе прямо в глотку, неся явную угрозу захлебнуться. Да ещё перья, забившиеся в пасть. Отдышавшись, Цапля встряхнула головой и огляделась.
- Мы победили? - не без некоторого сомнения пробормотала она, ещё раз встряхиваясь. - Как все?
Н-да, судя по картине, которая предстала проморгавшимся от чужой крови глазам, все были... не очень. Досталось, похоже, каждому. Шторм, склонившийся над чьим-то неподвижным телом, вовсе утратил свой природный полосатый окрас, приобретя взамен буро-красный оттенок крови - не поймёшь чьей, то ли его, то ли второго убитого орла. Цапля неуверенно шагнула к Грозвому.
"Рыселап, так ведь?" - припомнила она имя лежащего у его ног молоденького ученика.
Для будущего эта схватка оказалась самой дорогостоящей. Цапля потупилась и опустила взгляд на свои лапы, не решаясь лезть к застывшему в неподвижности Шторму в такой момент. Что тут можно сказать? "Я сочувствую"?
Лапы вместо привычного белого цвета оказались окрашены всё тем же кроваво-красным. Вновь подняв глаза, серая обвела взглядом скалы. Раньше у неё особо не было времени разобраться, что происходило с учениками до прибытия подмоги. У них только один погибший или всё ещё хуже?

0

72

Нелегко было удержать бешено бьющуюся птицу. Львиносвет сжимал челюсти, крепче обхватывал ее плечи когтистыми лапами. В мозгу билась одна-единственная мысль: не дать уйти. В глотке уже першило от перьев и крови, но Львиносвет лишь сильнее сдавливал орлицу могучими тисками. Она была хуже выброшенной на берег рыбы - у той хотя бы нет смертоносных когтей и клюва, максимум, что может сделать рыба - это плеснуть в морду водой. Львиносвет улучил момент и глянул поверх орлиной головы. Он увидел то, что хотел - Цаплю, подкрадывающуся к птице и выжидающую момент для атаки.
Ну же! Быстрее!
Кровь из ран на голове и загривке окрасила его золотистую шкуру в бурый цвет, изорванное ухо почему-то щипало и горело втрое сильнее. Интересно, там ухо-то осталось или кровавые лохмотья? Он услышал отчаянный кошачий крик, вернее, боевой клич. А затем - жуткие, глухие удары о камни. У Львиносвета сердце словно покрылось ледяной коркой, но он не смел обернуться, иначе его враг вырвался бы. Внезапно орлица под ним дернулась, извернулась, будто в судорогах, а спустя мгновение Львиносвет увидел серую шерсть Цапли, оказался ус к усу с ее мордой. Воительница вонзила зубы в ненавистную орлиную глотку, и все было кончено. Запах крови в воздухе стал гуще и сильнее. Львиносвету потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что опасности больше нет, что орлы больше не поднимутся в воздух. Медленно он разжал когти и неуклюже, на дрожащих из-за затекших мышц лапах он отошел от орлицы. Мертвая и спокойная, она напоминала просто груду перьев, совершенно неопасную и даже смешную. Львиносвет слизнул кровь с лапы, косясь на тело Нгату. Трудно было поверить в то, что еще пару минут назад она представляла для воителей смертельную угрозу.
- Мы победили? Как все?
Он мигом вспомнил про кошачий крик и обернулся. Первое, на что он наткнулся взглядом - это Шторм, зарывшийся носом в кровавый куль меха. Куцехвостый куль меха. Рыселап?! Но Львиносвет не успел даже осознать эту потерю, как взгляд его наткнулся на другой куль меха, неподвижно лежащий на скалах. Черный такой, плечистый. Львиносвет на негнущихся лапах поплелся к нему, не отрывая от него помертвевших вдруг глаз.
"Он хотел прийти на помощь, но сорвался." - пронеслось в голове Львиносвета. Вот он уже близко, совсем близко к своему оруженосцу. Он наклонился и коснулся носом черного меха Ледолапа. Он боялся касаться его кожи, не желая чувствовать холод Голых Деревьев.
Тело было теплое.
Он жив?
- Ледолап, - тихонько позвал Львиносвет. Оруженосец не шевельнул и ухом, но рыжий кот ощутил упорное биение жизни в его теле. Он жив!
- Он жив, - шепнул Львиносвет самому себе и осторожно, обняв ученика лапой, прижал его к себе, а затем так же осторожно, сжав его загривок в зубах, спустил на землю. Все не укладывалось в голове - смерть Рыселапа, странное состояние Ледолапа... В звенящей тишине раздался голос Ледоглаза:
- Пойдёмте домой.
Домой? Львиносвет очень хотел бы домой. В палатку под камышами, возле реки. Но туда нельзя.
- Пойдем, - ответил он, не глядя на Ледоглаза и предварительно опустив Ледолапа на землю. - Шторм, возьми... Рыселапа. Нужно отнести его в лагерь. А вы... - он бросил взгляд на орлов. - Их, наверное, тоже нужно взять с собой.
Охотники стали жертвами, а затем вновь превратились в охотников. Глупо бросать добычу... Усталый и печальный взгляд Львиносвета остановился на Цапле.
- Или закопать их, если устали - потом вернемся. - нужно, наверное, попросить кого-то помочь с Ледолапом, но Львиносвету никому не хотелось доверять своего ученика. Он хотел сам отнести его в лагерь. - Пойдемте.
- он вспомнил об остальных учениках, осторожно спускающихся со скал. Сил злиться и негодовать у Львиносвета не было. Он бросил короткий взгляд на Шторма, но ничем не мог помочь воителю. К тому же, он сильно сомневался, что Шторм нуждается в его утешениях. Поэтому Львиносвет, так ничего не сказав ему и подхватив Ледолапа и осторожно перекинув его на спину, поплелся в сторону лагеря, прихрамывая и волоча хвост.
========) тигриное племя, главная поляна

0

73

Запах Рыселапа исчезал, пропитываясь запахом крови. Смешиваясь с ним и растворяясь, как растворилась жизнь серого ученика. Сейчас Шторм вообще не чуял ничего, кроме крови, залившей всю его шкуру и весь мир вокруг. Красной вязкой жидкостью были напоены шкуры и когти котов, орлиные перья, да и сама земля тоже.
Полосатый воин оторвался от серой шерсти, позволив ветру свободно ее трепать. Обернулся - только затем, чтобы увидеть, как Львиносвет поднимает на плечи безвольно обвисшее тело собственного оруженосца.
Орлы дорого взяли с котов за жизни свои и своих птенцов. Шторм даже бессильной ярости сейчас не чувствовал, мстить мертвым птицам казалось бессмыслицей. Мстить было некому. Никто из живых не был виноват в этих смертях.
Первой вернулась боль. Режущая, ноющая, как будто его натирали на терке. Шторм ощутил ее во всем теле разом. Его лапы были покрыты ссадинами от скольжения и ударов по снегу, спина и живот - изодраны орлиными когтями, а через всю морду проходила длинная и глубокая рана, из которой до сих пор мелкими толчками лилась кровь. Смолчать удалось, хотя полосатый кот давно уже не был так сильно изранен. Облизнув онемевшую от близкой открытой раны морду, Шторм ощутил на языке уже свою собственную кровь. Вкус оказался приятным.
Потом, может быть, через минуту или две, наступил шок. Шторма затрясло от горечи и бешеной злости, когти до боли, хотя, казалось бы, куда уж больнее, впились в замерзшую землю. Он не переживал никаких оформленных мыслей, просто зашелся в беззвучном вое, не сходя со своего места над погибшим оруженосцем. Это не было плачем по Рыселапу или Ледолапу, выражением своих чувств или чем-то в этом роде. Это был просто клич воина, только что потерявшего последнего из своих товарищей. Яростный, бессильный и беззвучный.
Шторм сидел так довольно долго. По крайней мере, Львиносвет и остальные успели собраться уходить, а оставшиеся в живых ученики - спуститься со скал. Кто-то предложил уйти домой. Шторм не мог - их дом был разрушен в тот день, когда Рыселап стал его оруженосцем. А его, Шторма, дом - и того ранее, в тот день, когда исчез Алозвезд. Но сидеть здесь и рыдать тоже не было выходом.
Полосатый воин поднялся со своего скорбного места, последний раз ткнувшись носом в холодную серую шерсть.
- Я не хочу слышать, как его поминает Звездоцап, - голос Шторма прозвучал ровно, хотя и глухо, - Я похороню Рыселапа в лагере Грозового племени. Идите без меня.
Шторм подошел к орлу. Сейчас гордая птица была не более чем комком перьев... как и его оруженосец, так и не начавший учиться, был сейчас просто мертвой плотью. Но выдерживать глумление полосатого клятвопреступника даже над мертвой плотью Шторм не смог бы.
Удар когтистой лапы завершил начатое - голова орла повисла на позвоночнике, который Шторм переломил третьим сильным ударом.
- Заберите это, - кот кивнул на изуродованное тело пернатого хищника.
Рыселап был легким. Даже израненный, Шторм одним коротким рывком закинул куцехвостое тельце себе на спину, прежде чем подобрать орлиную голову и, ковыляя и чертя в снегу линию от повисшего хвоста, отправиться в сторону своего бывшего дома.

--- Бывший лагерь Грозового племени.

0

74

Никто не стал возражать. Никто не стал бросаться на него с обвинениями, кричать, ругаться. Не то, чтобы Ледоглаз этого особо хотел... Хотя, пожалуй, некоторая частичка, неосознаваемая, иногда твердящая что-то рассудку тихим шёпотом, была бы не против. Это бы показало, что мир по-прежнему живёт, а не застыл, словно муха в смоле. Но окружающие, похоже, как и сам ученик, не особо жаждали заставлять этот мир двигаться.
Первым в тишину вполз тихий шёпот Львиносвета. Ледоглаз рывком повернул к нему голову. Рывок отозвался болью в спине и груди, но чёрный проигнорировал это. Когда и так всё болит, ещё один маленький всплеск ничего не меняет.
"Он жив", - а вот этот простой факт может изменить сейчас многое. По крайней мере, кроме пустоты внутри появилось ещё что-то. - "Он жив и рано или поздно поправится", - кто-то назвал бы это надеждой, но к тону, который звучал в этих мыслях, подходило бы несколько другое чувство. - "И тогда я оторву ему голову".
Например, злость. Потому что Рыселап, в отличие от везучего заводилы, совершенно точно мёртв. Есть что-то неправильное в том, что благоразумный полосатый, не рвавшийся к подвигам, погиб от орлиных когтей, а Ледолап, затеявший всё это, жив. Ледоглаз предпочёл бы, чтобы живы остались все. Он не любил сумеречного, он практически не знал грозового - разве что в пику чёрному будущему пытался проявлять к нему хоть какие-то тёплые чувства. Но тот едва выразимый словами принцип, из-за которого он не так давно бросился прикрывать Ледолапа от орлиных когтей, тот, что столкнул его с края скалы в падение на орлиную спину, тот, что любой настоящий воитель впитывал, пожалуй, с молоком матери - он ясно давал понять: ты можешь сколько угодно цапаться со своими, но помогать соплеменникам в беде - твой долг. Иначе всё просто не имеет смысла.
Пока Ледоглаз пытался разобраться с собственным внутренним миром, мир внешний постепенно приходил в движение.
Подал голос Шторм. Чёрный покосился на грозового воителя, но промолчал, запомнив его слова. Звездоцап... он подумает над этим позже. Сейчас надо начинать двигаться, а для этого требуется уговорить ноющее и не желающее шевелиться тело.
Львиносвет взвалил Ледолапа на спину и двинулся по красному снегу в сторону лагеря. Ледоглаз поднялся. Тело пыталось хромать на все четыре лапы, но сильнее всего на левую переднюю. Ученик сжал зубы и упрямо зашагал вперёд, стараясь приноровить движения к новым неприятным ощущениям. Он справится. С ранами, с болью, с потерями. Уже справлялся.
"И я вломлю следующему жаждущему приключений идиоту так, чтобы ему не было дела до приключений как минимум пару недель."

--- Главная поляна

0

75

Цапля поёжилась. Шторм продолжал сидеть над телом Рыселапа. Львиносвет склонился над Ледолапом. Воздух, совсем недавно пронизанный жаром битвы, теперь обволакивал всё вокруг густой тишиной. Молчанием двух котов, потерявших сегодня своих учеников. Это было даже странно, что погибли сегодня именно те, чьи наставники отозвались на крик о помощи.
"Хорошо, наверное, что у меня нет ученика," - мелькнула в голове опасливая мысль, в которой слышалось облегчение, и Цапле стало стыдно.
- Он жив.
Кошка моргнула и повернулась к Львиносвету. Тот шептал, но в установившейся тишине его слова можно было расслышать. Вот ожил и Шторм, тоже заговорив. Правда, о куда более безрадостных вещах. А потом он поднялся на лапы. Цапля молча наблюдала за грозовым, пытаясь понять, что тот делает, но не решаясь спросить. Не выглядел сейчас полосатый, как кот, к которому можно лезть под лапу с бестолковыми вопросами. Так и остались его действия без обсуждений. Грозовой просто подхватил свою ношу и скрылся в ночи.
Цапля перевела взгляд на обезглавленного орла. Затем на Львиносвета, приостановившего свои сборы.
- Иди, - тихо произнесла она. - Я вас догоню.
У него сейчас своя ноша. Ученики... Ледоглаз выглядит так, словно его самого тащить надо, а предполагать, что двое малолунных будущих сумеют дотащить тело орла аж до самого лагеря, значит признаться в подкрадывающемся слабоумии.
Цапля ухватила за крыло самку, оттащила её немного в сторону, ткнула в более-менее глубокий сугроб и присыпала снегом. Не самое надёжное укрытие, но, возможно, до утра она здесь долежит. Кровь на снегу, конечно, может привлечь хищников, но есть шанс, что те не сразу осмелятся приблизится к недавнему убежищу грозных птиц.
А затем кошка вернулась к обезглавленному орлу. Подлезла под крыло, ухватила его зубами, и поволокла мёртвого хищника по снегу. Она собиралась выполнить распоряжение Шторма, пусть даже, похоже, не имеющее под собой особой логики и размышлений.

--- Главная поляна

0


Вы здесь » Коты-Воители. Игра Судеб. » Бескрайние степи » Скалистые выступы