— Да что во мне такого интересного?!
Нуар взмахнула хвостом и накрыла им обсидианово-черный нос. Холодало, утихал ветер, и, наверное, утром кошка проснется закоченевшей от мороза. Жаль, что негде согреться, кроме старого приюта, но вдруг там не теплее, чем на улице? Да уж, хорошее дело.
А что до рыжей одиночки, так и вправду, что в ней такого интересного? Наверное, дело в шраме... Стоит аккуратно выспросить об этом чуть позже, если незнакомка проникнется к ней достаточным доверием — кто знает, что может скрываться за этим давно зажившим ранением.
Нуар собирала истории. Сказительница, рассказчица — вот кто она, а вовсе не маркиза. Любопытная, с огромными миндалевидными глазами, раскрытыми так широко, как только можно.
— Я вижу вас в первый раз. Я люблю рассматривать новых знакомых.
— А к чему тут домашние собаки? — удивилась рыжая.
Абиссинка взмахнула хвостом, и вздохнула:
— Видимо, мы не знакомы.
— И, можно задать нескромный вопрос? Тебя как зовут?
Нуар чихнула и снова положила голову на лапы. Сказительница не должна говорить своего настоящего имени. То есть, у нее вообще нет имени — только истории, смешные и грустные, скучные и интересные.
— Пусть будет Самара, — сказала она первое, что пришло ей в голову.





